Oscar Rabin

В конце войны, после освобождения Латвии Советской армией, Рабин навестил родственников в Риге и поступил в Латвийскую академию художеств. Однако после Победы 1945 года он вернулся в Москву и продолжил общение с Евгением Кропивницким. В том же году он поступил на второй курс Суриковского института, но, тоскуя по Латвийской академии, на время вернулся туда, прежде чем окончательно обосноваться в Москве осенью 1947 года.

В 1950 году Рабин женился на Валентине Кропивницкой, а в 1951 году семья переехала в Лианозово под Москвой. С 1958 по 1965 год бывший лагерный барак, где жили Рабин и Кропивницкая, стал центром притяжения для прогрессивной интеллигенции: каждое воскресенье в доме Рабина проходили выставки и обсуждения работ художников, поэтов и музыкантов.

В 1957 году Рабин участвовал в выставке молодых художников в рамках VI Всемирного фестиваля молодёжи и студентов в Москве; полученный там почётный диплом привёл в 1958 году к работе на Комбинате прикладного искусства, где уже трудились Николай Вечтомов, Владимир Немухин и Лев Кропивницкий. Рабин стал инициатором и организатором выставки нонконформистских художников 1974 года на пустыре в московском районе Беляево — знаменитой «бульдозерной выставки», — закончившейся разгоном и арестом её участников, включая самого Рабина; вскоре после этого Моссовет разрешил ему провести выставку в Измайлове.

В 1978 году Рабин вместе с семьёй выехал во Францию, намереваясь вернуться, но во время этой поездки был лишён советского гражданства указом Президиума Верховного Совета СССР. С тех пор он живёт в Париже, в 1985 году получил французское гражданство, а в 1990 году ему было восстановлено советское гражданство.

Художественный стиль Рабина сложился ещё в 1950-е годы, когда студийные пейзажи, портреты и натюрморты уступили место окружающему его реальному миру. Его работы лаконичны и необычайно насыщены чувством; один из характерных приёмов — хронологическое наслоение таких элементов, как фотографии и газетные вырезки, в сочетании с искажённой перспективой и изменёнными пропорциями сразу нескольких временных пластов. Используя повседневные символы как советской, так и западной культуры, он утверждает их взаимодействие. В эмиграции персональные выставки Рабина получили всемирное признание, проходя во Франции, Великобритании, Австрии, Швейцарии, США и других странах, а его работы высоко ценятся коллекционерами по всему миру.